+7 (499) 110-86-37Москва и область +7 (812) 426-14-07 Доб. 366Санкт-Петербург и область

Оформить опекунство над ребенком из детского дома у которого есть братья

Оформить опекунство над ребенком из детского дома у которого есть братья

Как нам записаться на приём в федеральный банк данных о детях, с целью подбора ребёнка, проживаем в Приморском крае. Заключение о возможности быть кандидатом в усыновители имеется. Неужели нужно лететь в Москву? Добрый день, собираюсь взять под опеку ребёнка с последующим усыновлением. Сейчас усыновить не могу мама малыша умерла год назад, папа сдал его в учреждение под предлогом, что не может заботиться, несколько раз навестил его и 3 мес не появлялся.

Дорогие читатели! Наши статьи рассказывают о типовых способах решения юридических вопросов, но каждый случай носит уникальный характер.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему - обращайтесь в форму онлайн-консультанта справа или звоните по телефонам, представленным на сайте. Это быстро и бесплатно!

Содержание:

Вопросы и ответы

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: клип до слёз тронул (про детский дом)

После того как в году в России был принят "закон Димы Яковлева", запрещающий гражданам США усыновлять российских сирот, федеральные чиновники активно занялись их устройством в российские семьи. Помогло ли это решить проблемы детей-сирот, выясняла спецкорреспондент ИД "Коммерсантъ" Ольга Алленова.

Моррисы подготовили документы, познакомились с Лерой осенью года и подали документы в суд на удочерение, но из-за принятого Госдумой РФ закона, запрещающего американским гражданам усыновлять российских сирот, девочка осталась в России.

Она живет в детском доме-интернате N1 Санкт-Петербурга. Последние три года Катрина Моррис регулярно проверяла анкету Леры в Федеральном банке данных детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей ФБД : если анкета на месте, значит, ребенок не устроен в семью. Несостоявшаяся приемная мать писала российским журналистам и общественным активистам: просила найти семью для девочки.

Однако уже в ноябре иностранные журналисты, побывавшие в ДДИ N1, рассказали Катрине, что Лера по-прежнему живет в учреждении. Спустя месяц российские волонтеры навестили Леру в день ее рождения, 19 декабря,— девочка отмечала его в детском доме. Катрина терялась в догадках. Директор ответил, что Валерия находится под предварительной опекой. Сотрудница интерната оформила опеку на полгода, но, поскольку девочка "сложная", живет она в ДДИ.

В декабре мы отправили редакционный запрос в комитет по социальной политике Санкт-Петербурга, являющийся региональным оператором государственного банка данных детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а в январе свой запрос повторили.

Мы хотели разобраться, законна ли передача Леры под предварительную опеку, если она продолжает жить в интернате. Валерия воспитывалась в сиротских учреждениях. С года проживала в ДДИ Родственники Валерии никогда ее не навещали Валерия — ребенок-инвалид со сложными диагнозами В сентябре года Валерия была устроена в семью форма устройства — опека. Опекун как законный представитель девочки заключил договор с администрацией ДДИ-1 на предоставление социальных и медицинских услуг.

Ребенок, согласно индивидуальной программе реабилитации, проходит в ДДИ-1 социально-педагогическую, психологическую, культурную и бытовую реабилитации, которые сопровождаются и медико-социальными услугами. Валерия очень хорошо танцует, ей это по-настоящему нравится. Опекун замечательная женщина всегда навещает Валерию, уделяет ей время, внимание, дарит домашнее тепло".

По словам Майбороды, в ДДИ N1 живут и получают социальные и медицинские услуги детей, из них 92 — дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а детей — "родительские", чьи родители заключили договоры с ДДИ N1 на оказание социальных услуг.

В следующем письме я сообщила Екатерине Майбороде, что комитет предоставил нам не совсем достоверную информацию и что, по нашим данным, Лера находится не под опекой, а под предварительной опекой. И доброту свою дарит. Просто ребенку без профессионального ухода — никак. Помимо основного диагноза очень много всего еще, да и коллектив ей нужен, чтобы общаться, среда, где не насмехаются над ней, а поддерживают и любят.

Расценивайте ДДИ как дом творчества юных, просто немного отличных от большинства". По нашим данным, домой Леру опекун не забирала — выходные девочка проводила в учреждении. Пытаясь выяснить, действительно ли ребенок, живущий в детском доме-интернате и фактически не имеющий семьи, может считаться устроенным в приемную семью только на основании справки о предварительной опеке, я рассказала историю Леры адвокату Наталье Карагодиной, специализирующейся на семейном устройстве.

Иногда предварительная опека назначается, если приемные родители, намереваясь забрать ребенка в семью, не успели собрать все необходимые документы, и в интересах ребенка — быстрее попасть в семью. Но если такая форма устройства применяется для того, чтобы скрыть этих детей, убрать их из банка данных, то мы имеем дело с нарушением порядка усыновления или передачи под опеку". По словам Карагодиной, действия в отношении Валерии могут быть расценены как нарушение ее права на семью: "Ребенок уже находился в ДДИ, а значит, предварительная опека в данном случае не была оправданной формой.

По закону подопечный должен жить с опекуном, в ст. ГК РФ говорится, что дети, находящиеся под опекой, имеют право на воспитание в семье опекуна, заботу со стороны опекуна, совместное с ним проживание, за исключением случаев, предусмотренных п. Так вот в случае с Валерией я не вижу смысла в передаче под предварительную опеку, если у ребенка нет семьи и живет он в детском доме.

В чем тогда смысл передачи под опеку — чтобы опекун пособие получал? Это чудовищное извращение идеи семейного устройства. Следует отметить, что после оформления предварительной опеки на полгода Лера лишилась сиротского статуса и ее анкета была изъята из банка данных как минимум на те же полгода. Это значит, что потенциальные усыновители не могут ее увидеть.

При этом ребенок продолжает жить в детском доме. Одни жаловались на то, что ребенок у них в семье, а его фото продолжает находиться в ФБД, другие — на то, что им понравился ребенок из базы данных, а оказывается, он уже в семье. Но если семья не продлевает или не оформляет опеку, то данные о ребенке должны быть извлечены из архива и вернуться в ФБД".

Попов говорит, что такие случаи, как с Лерой, происходили и раньше, когда ради выполнения "плана" по семейному устройству происходила "профанация приемной семьи". В чем тогда смысл такой опеки? Это чудовищное извращение идеи семейного устройства". Один из представителей неправительственного сектора в Петербурге, пожелавший остаться неназванным, полагает, что стремительная раздача сирот из "американского списка" вызвана жесткой установкой из Москвы: "Надо было показать, что эти дети нужны не только американцам, но и нам, россиянам, и поэтому спустили такую разнарядку.

Да, результат есть: у нас в ФБД к концу года детей из этого списка почти не осталось. Отчетность хорошая: всех детей раздали россиянам. Но как эта проблема решалась, вам лучше не знать. Да, кого-то из этих детей могут вернуть обратно. Но об этом мы подумаем потом. Мы решаем в этой сфере сиюминутные задачи, не глядя вперед.

К сожалению, семейное устройство сильно политизировали, и поэтому интересы ребенка оказались менее важными, чем политические интересы".

Собеседник "Власти" утверждает, что некоторых сирот из списка "отдавали в довесок" к детям, которых целенаправленно забирали приемные семьи, а некоторых оформляли под предварительную опеку. В повторном обращении в комитет по соцполитике Санкт-Петербурга редакция "Власти" вновь запросила информацию о том, сколько детей из "американского списка" находится под предварительной опекой.

В официальном ответе от 17 февраля ведомство сообщило: "На Из вышеуказанных 32 несовершеннолетних: возвращен в биологическую семью — 1 ребенок; усыновлено гражданами — 19 детей; передано под опеку — 12 детей. В настоящее время еще не устроена в семью 1 девочка в возрасте 15 лет; в июле года девочка написала заявление о том, что она возражает против размещения сведений о ней в средствах массовой информации, в сети интернет с целью поиска для нее семьи.

Тем не менее комитетом был осуществлен поиск семьи. Познакомившись с семьей, несовершеннолетняя отказалась от помещения ее в данную приемную семью". Поскольку комитет по социальной политике не стал уточнять информацию о количестве детей, переданных под предварительную опеку, мы отправили запрос в аппарат уполномоченного по правам ребенка Санкт-Петербурга.

Тогда уполномоченный Светлана Агапитова обещала разобраться: "Из 33 детей "американского списка" нуждается в уточнении информация о восьми, в том числе и о девочке Валерии". В конце февраля мы напомнили о своем запросе, и Агапитова сообщила, что к концу года в ФБД оставалось 7 питерских детей из "американского списка": летняя Настя, которая не хочет в семью, и еще 6 детей с нарушениями развития. Эти 6 детей и были устроены под предварительную опеку.

Напомню, что в "американском списке" в начале года было около сирот. Петербург занимал в нем первое место по количеству — 33 ребенка, из которых большинство имели нарушения развития. В первые годы после принятия закона в семьи устроили детей младшего возраста и детей, не имеющих серьезных проблем со здоровьем.

Но устроить в семьи всех детей с множественными нарушениями развития, как того требовал федеральный центр, было проблематично. Три года Петербург был "отстающим" по показателям. Можно предположить, что к трехлетию "закона Димы Яковлева" проблему велели решить любым способом, поэтому на местном уровне и было принято решение об устройстве детей хотя бы под предварительную опеку.

Такая поспешность не могла не иметь последствий. Регулярно проверяя ФБД, я обнаружила, что в середине марта в банк вернулись анкеты двух из шести детей из "американского списка", устроенных под предварительную опеку: десятилетней Валерии О. Стало очевидно, что детей вернули из семей в детские дома. В списке сирот, пострадавших от "закона Димы Яковлева" оказался в распоряжении редакции "Власти" три года назад , указывается, что у Богдана есть родной брат Юрий.

Однако Юрия в базе данных нет. Это значит, что детей устроили в разные приемные семьи, хотя закон не позволяет разделять родных братьев и сестер и делает исключение только для случаев, когда такое разделение обусловлено интересами ребенка. Более того, в ФБД много анкет детей-сирот, имеющих по три-четыре брата-сестры. Эти дети годами находятся в банке данных, потому что желающих принять в семью сразу много детей почти нет, и для них не делают исключений.

Но интересы ребенка — понятие относительное, а интересы чиновников — аргумент жесткий и понятный, особенно если речь идет об отчетности. Что делали психологи и другие специалисты и почему не помогли детям наладить контакт, непонятно. В случае с Богданом и Юрой звучит такая же формулировка.

По словам Светланы Агапитовой, на вопрос о том, почему детей устроили в разные семьи, ей ответили, что у братьев были "конфликты друг с другом". Сейчас, по словам детского омбудсмена, Юра живет в семье, имеющей большое количество приемных детей с нарушениями развития; недавно семья переехала из Петербурга в Московскую область.

Вероятно, Петербург теперь снова приложит усилия для устройства этих детей в семьи, ведь статистика снова испорчена. Вряд ли мы когда-нибудь узнаем о том, как могла бы сложиться судьба этих детей, если бы в нее регулярно не вмешивалось государство.

Однако точных данных нет: в федеральном банке данных анкета девочки не появилась, хотя срок предварительной опеки над ней истекает во второй половине марта. О грубом формализме в решении проблем детей-сирот говорят многие собеседники "Власти". С года одним из критериев успешности работы региональных чиновников стало количество устроенных в семьи детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, то есть сокращение региональных банков данных. Одним из показателей для такой оценки губернаторской работы стала информация о том, как ежегодно меняется в регионе "доля детей, оставшихся без попечения родителей", в том числе переданных в приемные семьи, на усыновление, под опеку, а также находящихся в государственных или муниципальных сиротских учреждениях.

Эта поправка вступила в силу вместе с "законом Димы Яковлева". Таким образом, каждый губернатор теперь должен заботиться о сокращении сирот в своем регионе. И региональные органы опеки схватились за голову: губернатор требует уменьшать банк данных, чтобы сокращали детские дома, потому что это показатели его успешности, а детей устраивать в семьи все сложнее".

И большинство приемных семей со своей задачей справляются. Но у такой вертикали есть и минусы. Это как в анекдоте, который мне рассказали в Оренбурге: "Когда в Москве сказали постричь ногти — за Уралом стали отрубать руки по локоть"".

Смотрите, в результате происходит существенное сокращение детей-сирот, сдвинулся с мертвой точки большой процесс по устройству детей в семьи, принято правительственное постановление N, и мы сейчас находимся в процессе преобразования сиротской системы, потому что все специалисты, работающие в этой сфере, нацелены на то, чтобы ребенок оказался в семье.

Другой вопрос — насколько качественно происходит подбор семьи для ребенка? Но до сих пор на федеральном уровне нет никаких регламентов, методических рекомендаций или пособий, как подбирать семьи, чтобы не допускать вторичного сиротства.

У меня такая ситуация. Я одна, родительница есть, но номинальная, был сын от донора. Вкратце: после нескольких лет угроз со всеми вытекающими, отъёма жилплощади меня вынудили отказаться от сына.

После того как в году в России был принят "закон Димы Яковлева", запрещающий гражданам США усыновлять российских сирот, федеральные чиновники активно занялись их устройством в российские семьи. Помогло ли это решить проблемы детей-сирот, выясняла спецкорреспондент ИД "Коммерсантъ" Ольга Алленова. Моррисы подготовили документы, познакомились с Лерой осенью года и подали документы в суд на удочерение, но из-за принятого Госдумой РФ закона, запрещающего американским гражданам усыновлять российских сирот, девочка осталась в России. Она живет в детском доме-интернате N1 Санкт-Петербурга.

Оформить опекунство над ребенком из детского дома у которого есть братья

Елена Берите детей из детских домов! Не бойтесь! Вернуться к статье. Вернуться к статье Комментарии к статье Берите детей из детских домов! Я думаю что да потомучто у меня такая проблема

У меня умерла старшая сестра, остался ребенок. Бабушка по отцу ребенка, не даёт мне и его прабабушке увидеться с ним, а когда привозит, то не желает оставлять его у нас просто на один день погулять без ночёвки и даже без ее присутствия поговорить. Имею ли я право на полное общение со своим племянником? В случае отказа родителей одного из них от предоставления близким родственникам ребенка возможности общаться с ним орган опеки и попечительства может обязать родителей одного из них не препятствовать этому общению. Если родители один из них не подчиняются решению органа опеки и попечительства, близкие родственники ребенка либо орган опеки и попечительства вправе обратиться в суд с иском об устранении препятствий к общению с ребенком. Суд разрешает спор исходя из интересов ребенка и с учетом мнения ребенка. Добрый день!

ПОСМОТРИТЕ ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Усыновление или Как УСЫНОВИТЬ ребенка из детского дома и дома малютки, МОЙ личный ОПЫТ
Для подтверждения отмены записи введите SMS-код, высланный на указанный вами при записи номера телефона.

.

.

.

.

Хотелось бы оформить опеку над ребенком, но не знаю куда обратиться в Можно ли взять под опеку ребенка, у которого есть брат и сестра? Приемная семья, как и детский дом семейного типа – это форма.

.

.

.

.

.

.

Комментарии 3
Спасибо! Ваш комментарий появится после проверки.
Добавить комментарий

  1. innake

    Долой такого царя!

  2. Гремислав

    А если меня выпишут ? или бабушку которуая мобильником не умеет пользоваться

  3. Екатерина

    Тарас интересно где люди будут брать деньги на такие штрафы?если у них на растаможку нет,наложат арест на имущество?

© 2018-2019 spporetskoe.ru